germafrodita (germafrodita) wrote,
germafrodita
germafrodita

Categories:

Прага - часть тринадцатая. Краков. И девушки сложной судьбы.


В предыдущей части я сильно вдалась в мифологию. Ну, это естественно, Краков, как и все древние города, этой самой легендарностью просто пропитан.

Когда мы вошли в кафедральный собор, то Лена наша напомнила нам еще об одной легенде Вавеля – в одной из башен висит колокол Сигизмунд – самый большой в Польше, одиннадцатитонный великан, отлитый по приказу Сигизмунда Старого. Говорят, если прикоснуться к его языку, то исполнятся твои желания.

Лена рассказывала нам эту байку очень осторожно, добавив, что в прошлом году туристы из ее группы, которые на тот момент уже третий день пили пиво, вывезенное из Чехии, поднавалились втроем и пару раз звякнули.

С учетом того, что Сигизмунд используется только в крайне торжественных или значимых случаях, паника поднялась не только в Вавеле. Им страшно повезло, что они были уже на пути на родину, иначе депортация была бы им просто обеспечена.

Спустившись с Вавеля на Королевскую дорогу вдоль стены, стены которой украшены табличками с именами жертвователей на восстановление замка и суммами, которые они пожертвовали, мы миновали парочку средневековых рыцарей в кольчугах, которые толклись там, видимо, для оживления интерьера и отправились на Рыночную площадь.

Это самое оживленное место Кракова. Говорят, если тебе нужно найти в городе знакомого, то не нужно тратить усилия – иди на Рынок Главный и посиди на скамеечке. Знакомый обязательно пройдет мимо.

Одна из самых крупных городских площадей, размером 200 на 200 метров, она появилась в 13 веке. Посреди площади – Суконные ряды, где сейчас продают сувениры.
На Рыночной площади забавно – посреди нее стоит Башня, оставшаяся от Ратуши. Рядом с башней сидят студенты с ноутбуками. Много. Наверно, в башне – вайфай. Из стен башни торчат кандалы, к которым время от времени пристраиваются студентки, желая ощутить себя, видимо, средневековыми еретичками. А то! Попади они в своих нарядах век в 13, их бы точно там приковали.


И, конечно, голуби. Тут тоже своя легенда о короле Хенрике, который согласился на временное превращение своей дружины в голубей, чтобы деньжат подзанять у одной колдуньи. Для поездки в Рим. Но, подлец, пропил все денежки еще в дороге. Вернулся – а колдуньи и след простыл. А голуби остались. Лично я не люблю.


А еще на площади есть лежачая голова. Местные умники называют ее «голова, потерянная от любви». Говорят, если незамужняя девушка выглянет через глаз, то вскорости встретит свою судьбу. Я уж не стала рисковать – как-никак в свадебном путешествии нахожусь, а вот Сонька залезла. Там мы ее и сфотографировали. Через глаз.


На площади очень оживленно. По периметру – открытые кафе, и много-много извозчиков.

И, конечно, мимы. Мы видели серебряного с ног до головы эльфа, что-то страшное без лица, нечто в морской тематике и, конечно, Белую Даму. Если положить какую-нибудь мелкую монетку, то с ними можно сфотографироваться. Нечто в тематике за эту монетку еще и исполнило веселенький мотивчик на резиновых игрушках. Белая дама – самый популярный мим. Потому что передразнивает всех проходящих мимо, строит рожи и вообще резвится как может. Но мы тоже не лыком шиты.


А еще нас привели к особняку, где жил Иоанн Павел Второй. Любили поляки своего Папу, слов нет. Но все-таки мне было как-то странно видеть в окне, откуда Папа беседовал с верующими, вставленную туда фотографию в натуральную величину. С поднятыми вверх руками.

Университетский двор, в который вложила буквально все свои драгоценности королева Ядвига, мы тоже посетили. И местные часы нам тоже, как и Орлой, показали спектакль с проходом фигур. Правда, там были другие персонажи, не обобщенные, а как раз известные. И Ядвига с цацками, и Ягайло, и ректор, и Папа. А когда мелодия закончилась, дверцы часов захлопнулись, студенты запели «Гаудеамус игитур».

Рядом с университетом очень оживленно. Народ тусуется, как и все студенты в мире. На минуту мне даже захотелось поучиться еще. Ну почему они так – а я все на работу, да на работу.
Стоптав все ноги по самое «не хочу», мы пообедали и отправились в дорогу. Прибежали к остановке у Вавеля, протопав с бешеной скоростью по Королевской дороге. Поскольку автобусам там парковаться нельзя, то мы на низком старте ждали его прибытия, чтобы летящей стрелой кинуться в его нутро. Но, чтобы было не скучно читать, что я опять всю дорогу проспала, я вспомню – о чем?

Да конечно, еще немножко о девушках сложной судьбы.

В кафедральном соборе Вавеля есть еще одна там похороненная такая девушка. Это Анна Ягеллонка. Причем, она именно девушка именно в самом высоком смысле этого слова.

Так как в средние века помирали-то достаточно рано, как вы помните из предыдущих биографий, то Анна побила все рекорды. Анна была девушкой аж до 52 лет. Как? А вот так. Придется сделать некоторое количество отступлений – уж больно история детективная.

Маманя ейная, Бона Сфорца – резвилась на престоле как хотела. Периодически холерически настроенная итальянка кое-кого травила – например, сынишка ее Сигизмунд, овдовев первый раз (а женат он был на дамочке из Габсбургов), женился против маминой воли, по любви, так сказать. Так мама недолго думала – и к невестке с яблочком. «Давай, - говорит, - сожрем яблочко на брудершафт!». И разрезала яблочко ножичком, с одной стороны намазанным ядом. Всего год порадовался Сизигмунд семейной жизни. Потом погоревал, конечно, но снова женился – на родной сестре своей первой жены.

Бона Сфорца – жена Сигизмунда Старого (помните, который с колоколом. И вообще – в семье одни Сизигмунды – ну никакой фантазии) – была дама очень активная, охочая до денег и до власти. Сынишку своего всегда держала в ежовых рукавицах, возвела его, бедолагу, на престол в десятилетнем возрасте, и вертела им как хотела, пока Варвару (она же Барбара Радзивилл) не отравила. Потом сынишка отбился от рук. Бона посвятила всю себя накоплению денежек. И, ругаясь с сынком, решила уехать в свои владения на Родину. А сынок ее не пускал, потому - случись что, умри маманя, денежки-то и тю-тю. Жалко ведь, она много насобирала. Пришлось Боне отказаться от имущества, тут ее и выпустили за границу, но счастья ей это не принесло, потому что и она сама была отравлена своим же личным врачом. Правда, дожила до 63 лет, что уж тут Бога гневить.

Вернемся к Анне. Вот как с такой маманей иметь жесткий характер? Нихрена не получится. Вот и Анюта – была девушкой приличной (хотя, конечно, сложной судьбы), вышивала покровы для церквей, занималась музыкой, благотворительностью и вообще вела себя тише воды ниже травы.

А тут Сигизмунд (брат) возьми да и помри – у него вообще после второго вдовства крышу снесло (осторожнее надо по любви жениться). Польский-то престол освободился. А тут и незамужняя инфанта – Анна Ягеллонка. И хоть короли Польши – должность выборная, то есть шляхта должна одобрить кандидатуру, у нее появилась непризрачная возможность выйти-таки замуж, потому что она была обязательным приложением к польской короне.

И женихи тут же нашлись. Аж четыре штуки. Двух не помню, третьим из них был Иван наш Четвертый, то бишь, Грозный, а четвертый, выигравший в этой лотерее, брательник французского монарха, Генрих Анжуйский.

Читали «Королеву Марго»? Ну вот, именно он, брат Карла Девятого. Ну, тот, который с Варфоломеевской ночью…

Так вот, на престол-то он хотел. А вот жениться на тетеньке, которая старше его на 28 лет – не очень. Поэтому долго-долго добирался до Польши, потом долго-долго тянул со свадьбой, все время говорил: «Я после работы, я устал… И вообще я болен!» и запирался в своих покоях с проститутками. Ну ладно, короновали его так, авансом, еще до приезда, но обязательство жениться не сняли. Несчастный юноша ударился в загул. И вот, 15 июня должна была состояться свадьба, а 14 с утра Генрих узнает о смерти Карла. Собирает манатки и впереди собственного визга мчится к маме Екатерине во Францию. Его на границе ловят, но он умудрился вывернуться и таки уехать.
А Анна-то опять без мужа осталась! Что за ё-моё, честное слово!

Шляхта ждала-ждала возвращения Генриха в его владения, но он не вернулся, поэтому срочно пришлось искать другого кандидата. (и Анне в мужья, потому что она же приложение). И нашли через пол-года Стефана Батория, польского князя. Тоже, надо заметить, был моложе супруги, но хоть не на 28, а всего на 10 лет.

Детей, конечно, в этом браке ожидать было трудно. Поэтому Стефан увлекся управлением государством, войнами и погуливанием на сторону. Анна, было, задумала с ним развестись, а тут он тоже себе помер. Через 10 лет супружества. Ну, Анна была уже в том возрасте, когда, как остроумно заметила тут Хава Броха, «Уж замуж нахрена ж». Поэтому подумала-подумала и посадила на трон племянничка, сынишку младшенькой сестренки, Сигизмунда Вазу.

 
Tags: чехия
Subscribe

  • (no subject)

    Март, скажу я вам, был странен. Во-первых, папенька мой выступил в лучшем виде. Вот сколько раз я ему говорила: - Папа, будьте бдительны, читайте…

  • Друзья наши меньшие

    Иногда я категорически уверена в своей полной долбанутости. Например, знаю, что не одинока, называя неодушевленную бытовую технику по именам и…

  • Не держи в себе!

    Вот просто не могу не хвастануться - дочь моя Софья сдала Toefl, получила сертификат. Но сдала-то она его на С2. Это же уму нерастяжимо, без…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 10 comments

  • (no subject)

    Март, скажу я вам, был странен. Во-первых, папенька мой выступил в лучшем виде. Вот сколько раз я ему говорила: - Папа, будьте бдительны, читайте…

  • Друзья наши меньшие

    Иногда я категорически уверена в своей полной долбанутости. Например, знаю, что не одинока, называя неодушевленную бытовую технику по именам и…

  • Не держи в себе!

    Вот просто не могу не хвастануться - дочь моя Софья сдала Toefl, получила сертификат. Но сдала-то она его на С2. Это же уму нерастяжимо, без…