germafrodita (germafrodita) wrote,
germafrodita
germafrodita

Categories:

Прага - часть шестая. Крушовицы и Локет. И Карл, наш, Четвертый.

Ну вот, мы второй день в Праге и покидаем ее с самого раннего утра. То есть, подъем опять в шесть. Зато на сегодня у нас запланировано много интересного – поездка в Карловы Вары, а по пути – о чудо! – экскурсия на Крушовицкий пивзавод и в замок Локет.

Утром, как ни странно, продовольственный магазинчик рядом с отелем открыт. И на нем написано совершенно непривычное русскому глазу время работы. «Отворено» там с 6-30, причем с «пондели по чтвртк» – до 20-00, а в остальные – до 18-00. И, естественно, страшно радует специализация магазина – на нем честно написано «потравини», чтобы уже не возникало вопросов про срок годности продуктов. На соседней двери кто-то щепетильный написал «позор».

Путь до Крушовиц описывать бессмысленно – я опять сплю аки ангел. Нет, проснулась, конечно. Минут на пять, когда автобус остановился, чтобы перстоять очередную пробку. За это время мне удалось поговорить с Мариной, соседкой. Как интересна жизнь фельдшера на скорой помощи!

И как печальна. Врачей не хватает, тем более не хватает врачей-мужчин. Вот и получается, что на вызовы мчится, мигая лампочкой, машинка с девичьей бригадой. А вызовы – Красногвардейский район, Калининский район, Финляндский вокзал и тому подобное далее. Да-да, это именно гегемон. То гегемон перепил, то съел что-то не то, то череп топором кому проломил, то добрые самаритяне вызвали к бомжу. И уговаривают девочки помочь им перегрузить это бессознательное, вонючее на носилки. А помогать отказываются даже менты, хоть им и предлагают и перчатки, и намордник и халат. Зато работа эта сделала из Марины идеального туриста – она самодостаточна, замкнута, неконфликтна. И добрый Боженька сделал ей подарочек.
Заказала Марина себе отель не в центре, чтоб подешевле. Но в отеле случилась катастрофа – или канализацию прорвало или еще какая бытовая радость, но отель им заменили. Он тоже был не в центре, зато полноразмерных четыре звезды. Только что открытый, месяца как два.
Посверкивая глазами от переполнявших ее эмоций, она рассказывала про роскошный номер, про утренний шведский стол с таким выбором, что попробовать всего просто невозможно, потому что только из фруктов – груши, яблоки, апельсины, киви, клубника (!), дыня и арбуз. И огромный холл с фонтаном и парадной лестницей. Я за нее порадовалась – должны же быть в человеческой жизни приятные сюрпризы. И опять заснула.
А автобус благополучно дополз до Крушовицкого завода. И нас повели на экскурсию. Сначала – легкая пробежка по территории завода. Сограждане, ошалев от счастья, фотографировались на фоне высоченных стен из красных ящиков с бутылками. То, что бутылки там были пустые, из пунктов сбора стеклотары, их ничуть не смущало. Они ласково приникали к этой стене щекой, раскинув руки. Они улыбались, грациозно отставив ножку и держась за край одного из ящиков. Идиллию прерывал сумасшедший погрузчик, который, выставив вперед два клыка как у мамонта, неожиданно на большой скорости выскакивал из-за поворота, так и норовя сделать аппликацию из туристов на сером асфальте крушовицкого завода.

Нас привели в зал, где варят сусло. Технологичненько. Огромные блестящие емкости с побулькивающим содержимым расположились в пустом зале. Не прислоняйтесь, они горячие! Какие-то манометры дергают стрелочками, а больше не движется ничего. Зато на месте одной из емкостей стоят бочки огромная корона и подставка для экскурсовода. Эта красота огорожена красным бархатным шнуром.

Второй зал, в который нас завели, мне не понравился. Нет, в нем было много красивых изогнутых блестящих труб. Меня вообще завораживает эта технологическая эстетика. Я могла бы долго-долго любоваться на перетекание одних трубок в другие. Но как там воняло! Кто-то, может, сказал бы и пахло, но я не могу наступить на горло собственной песне – вот эти пивные дрожжи, специфический запах, согласитесь. Поэтому, когда нам уже разрешили оттуда уйти – я как тот Гарун, бежала быстрее лани на свежий воздух. Единственное, что порадовало – это картинки по технике безопасности с травмированными рабочими. Веселые люди рисовали эти картинки, с черным таким юморком.

А нас пригласили в дегустационный зал. Но чтобы туда попасть, нам пришлось пройти по галерее над разливочным цехом. Вообще автоматизированные цеха по упаковке чего-либо тоже действуют на меня завораживающе. Действительно. Полная шайтан-арба. Бутылочки едут, наполняются, закрываются, пакуются в ящички и все это с бешеной скоростью и точностью. Как это делается – до сих пор не понимаю!

На самом деле все, что служит борьбе с энтропией – прекрасно. Тем более такая точная, красивая созидательная деятельность.

Полюбовавшись с высоты на это все, мы пошли за столы. Это единственное место на крушовицком заводе, где можно курить. Под пиво. Перед каждым посетителем, которые расположились за длиннющими столами, стояло по два бокала пива. В одном – темное, в другом – светлое. Светлое было классическое, темное носило название «вельвет». «Мушкетера» наливали в баре отдельно, тоже задаром.

Поскольку Соньке пить пиво еще по возрасту не положено, ей налили кофолы. Кофола – это нечто среднее между кока-колой и Байкалом. Там есть и кола, и кофеин, и травы и газ. Вполне себе приятный напиток.

Еще нам показали, что такое «резак» - это темное пиво, налитое в светлое. Красиво получается – эстетика «Кровавой Мэри». Светлое пиво остается снизу, темное вольготно плавает сверху

ВНИМАНИЕ! Это был единственный приятный напиток на заводе. Два бокала пива не допил никто. Ну я ладно, я не пью. Но были, были там любители. Вот, посмотрите на выражение лица Вячеслава Евгеньевича. Пиво было - просто пиво. Никакое. Ничего общего с тем волшебным напитком, который я восемь лет назад привозила с того же завода в Питер, нет. Просто совсем. Слава, имеющий опыт работы на питерской «Вене», говорит, что емкостей две – для светлого и для темного, несмотря на количество сортов пива. И действительно, теперь, после обновления оборудования в Крушовицах, там тоже так же. Какое пиво не попробуй – Хайнекен. Или третья Балтика. Разницы никакой.
К нашему глубочайшему горю. Расстроенным нам выдали по памятной крушовицкой рюмочке и отпустили душу на покаяние.

Автобус наш стоят аккурат напротив фирменной лавки. Где дешево продавалось то самое унифицированное королевское крушовицкое пиво (хайнекен тоже продавался) и разные прибамбасы с символикой – шарфики, брелоки, кошельки и бокалы разных размеров. Но бокалов той формы, о которой остались только воспоминания опять же не было. Людям дали полчаса на лавку. Куда там!

Какие полчаса, что вы говорите? Эти ненормальные ломанулись с такою силой, что, я думала, вынесут лавку совсем. Они покупали шарфики, брелоки, кошельки, бокалы и пиво, причем упаковками. Речи были такие: «Так, мне упаковку светлого, упаковку темного – и все. Нет, еще три вот тех бокальчика. Упаковали? Еще три вот таких. И брелок. Все. Сколько стоит? Нет, еще, пожалуйста, пару баночек темного. Ну, и Хайнекена заодно. Два. И еще два с собой. И открывашку. Две. Нет, три. Сколько, говорите стоит? Вот все это плюс зонтик?». Я выдержала в магазине ровно на войти и выйти. Полюбовалась бурлящей толпой с улицы. Пошла посидела в автобусе. Вышла. Попробовала разгадать год постройки, написанный на фасаде дома. Он написан римскими цифрами, поэтому было весело. Пошла еще посидела в автобусе.

В общем, через полтора часа мы поехали. Удрученные и уставшие. Разочарованные и утомленные.

Зато городишко Локет вместе со своим замком эка порадовал! Основанный в первой половине 13 века очередным Пржемыслом, он устаканил свой грандиозный замок в элегантном извороте реки Огрже, напоминающем человеческий локоть, настолько острый угол изображает из себя река.

Городишко маленький, просто крошечный, зато тоже краснокрышный. Если рассмотреть его с высоты птичьего полета, он напоминает лабиринты, которые раньше были на крышечках мыльных пузырей. В центре – замок на высокой горе, полукружья улиц аккуратно опоясывают его со всех сторон. Пока доберешься до входа в замок, не раз задумаешься о пользе удобной обуви в турпоездке, потому что подниматься приходится высоко – где по ступенькам, а где просто по мощеной булыжником мостовой, отнюдь не горизонтальной.

Прямо рядом с входом – высокая, 26 метровая башня, вход в которую охраняет локетский дракон. Дракон драконом, злобная нечисть поганая, а ходили легенды, что хозяйки локетского замка использовали его в качестве зажигалки, если по каким-то причинам гас в очаге огонь.

В замке вообще множество разнообразной нечисти – например, два очень оригинальных персонажа – одного зовут Штракакал (привет его мамочке), а второго – Готштейн.

Первого мамочка хоть и назвала оригинально, зато приучила к опрятности и порядку. Вот и гоняется Штракакал за посетителями замка – в одной руке толстенная книга, в другой – расческа. Расческа понятно зачем – ежели кто придет в замок растрепанным, то Штракакал догонит и причешет насильно со всем энтузиазмом. Вот и посмотрим, что от ваших патл останется. А книгу, думаете, он читает? А вот и нет, а вот и нет! Ей он лупит по башке тех, кто одет неопрятно. Больно, наверное, лупит – книга толстая.

А второй орел – бородатый Готштейн. Если дать ему монетку (опустить в специальный сундук) и погладить по бороде – то твое желание обязательно сбудется. Но только в том случае, если тебя не терзают дурные мысли. А если терзают или, к примеру, погладишь не по бороде, а по какому другому месту – берегись! Живым тебе не уйти.

Да-а-а! Как же я забыла про сортир! Любимая ж тема! Он там был. В замке. Правда, заходить нужно было под табличку «тюрьма. Казематы» и искать двери в то заведение среди других, где миленько были представлены разнообразные средневековые казни и пытки. Поэтому заходишь – и заглядываешь в унитаз, не торчат ли оттуда раскаленные щипцы. Особенно полюбовавшись на четвертованного на столбе, которому художественно поломали кости в разных местах и затем изощренно заплели конечности вокруг столба и завязали узлом.

Нашу семью разнесло в три стороны – Слава для затравки вспорхнул на башню любоваться видами , я поскакала изучать выставку местного фарфора –(эх, какие там глины хорошие! И балки расписные), а Сонька исследовала казематы. Но ее казематы не впечатлили. У нас в Петропавловке, на выставке «Инквизиция» было гораздо большее разнообразие экспонатов и задорных, веселых придумок. Напоследок, собравшись уже для прослушивания экскурсии, мы полюбовались на надгробия и даже попытались понять, что на них написано. Но, так как почти все надгробия были с еврейских могил, прочитать нам ничего не удалось.

Собрали нашу толпу и дядька (приятный такой дядька, но ничего не понятно, что говорит) стал вести экскурсию.). Вот про колодец я поняла – колодец там, в углу, реставрируют. Глубина того колодца (внимание) 55 метров. А вода стоит на глубине 33 метров. Пока вытащишь ведерко – упреешь. Вот именно колодец в углу на первой фотографии.

Для особо дорогих гостей - особый выход. Вот он изнутри и снаружи. На высоте третьего, примерно, этажа.

Зал там есть для регистрации браков, а также банкетничек с остатками фресок 15 века. И имитация куска метеорита.

Метеорит, понятно дело, со своей легендой. Один из градоначальников, козел-козлом, обложил народ непомерной данью, а когда пришла к нему вдова, оставшаяся с кучей детей и попросила об отсрочке – отказал ей, посмеиваясь.

«Нет у тебя сердца, - сказала ему вдова – У тебя вместо сердца камень. И сам ты как камень». Тут, конечно, гром, молния, и в свежеобразовавшейся яме вместо градоначальника – камень весом в 100 килограмм, сверкает и сияет. (уж не радиация ли).

Жители крякнули и сбросили камень в колодец. А уж вытащили метеорит гораздо позже, когда колодец расчищали.

Замок был очень важной стратегической точкой. Одним из 11 чешских форпостов. И чем он только не работал – и королевской резиденцией, и охотничьим угодьем, и тюрьмой.
Кстати, про тюрьму.

Ну и вот тут-то я и вернусь к нашему чешскому всему. К Карлу Четвертому. Хотя на самом деле он не Карл, а тоже Вацлав. Ну, нравилось им это имя, что ж поделать.

Он у них там, в Чехии, как Мао Цзе Дун – отец нации. Хотя чех только наполовину. По маме. Папашка Карла, Иоанн (Ян) Люксембургский был, как понятно из кликухи, из французов. И чехи сами позвали его на престол, устав от отсутствия правильной длани над страной. Выдали за него в 1310 году Элишку Пржемысловну, чтоб хоть как-то компенсировать прекращение мужской линии пржемысловичей. А было Яну в то время аж четырнадцать годков. Характеру он был воинственного, поэтому из двадцати лет, проведенных им на чешском престоле, находился в стране не более года. А так носило его по Европе «как осенний листок. Он менял города. Он менял имена». Ни одной войны не проходило без его участия. А домой он приезжал только по двум причинам – детей делал и деньги брал, потому как ратное дело – затратное дело.

Элишка тоже жила себе спокойно некоторое время, но ведь потом дети пошли! В 1313 году родилась Маргарита, в 1315 – Ютта, в 1316 Вацлав (он же Карл, попрошу заметить), потом в 1318 Оттокар (всего два годика протянуло дите, да и понятно, его с детства волохала мамаша с собой), потом еще было двое – в 1322 Иоанн, а в 1323 – Анна.

Значит, год 1319, сидит себе Элишка дома, тогда еще только с четырьмя детьми, а мужик ее непойми где пропадает. А знать ей уже все уши прожужжала, что нехорошо это – хозяйство на бабу бросил, а сам воевать. Слушала она, слушала, обиду в себе скопила великую, а поскольку к маме уйти возможности не было, она взяла детей и подалась в замок Локет. Она вообще это любила, в смысле куда подальше податься. Перед замужеством, пока ей еще приходилось доказывать свое право на престол, ей пришлось бежать из Пражского града, переодевшись в старуху. И только свадьба позволила ей вернуться обратно

А тут Ян за деньгами приехал. Приехал – а жены нет. Жена в Локете тусуется, непонятно чем занята. Он – за ней. Решил, что она в замке затаилась и Вячика (он же Карл) против папани настраивает (а больше и некого настраивать, девки не считаются, а Оттокар уже тогда ясно было – не жилец), тем более Вячик взрослый парень – три года уже стукнуло. Ну, приехал он в Локет, настучал жене по башке, а мятежного принца посадил в одиночку, в локетский подвал. И сидел сынулька там аж два месяца, пока папаня не решил перевести заговорщика в другую тюрьму (склероз, не помню как второй замок назывался).

А вы говорите – тяжелое детство, деревянные игрушки… Именно тяжелое, а игрушек и вообще не было.

Элишка обиделась на супруга, тем более, пока она тут по замкам бегала, Оттокар помер. Пришлось новых детей делать – их родилось еще двое, Иоанн в 1322 и Анна в 1323. А потом у супругов вообще пошел раздрай и Элишка удалилась жить к старшей дочери Маргагите, где и померла в 1330 году, так и не увидев больше своего первого сынишку.

Так бы и сгнил Вячик в застенках, но в 1323 году у папани появились новые интересы. Постоянные войнушки в Европе подвинули его к мысли, что сынок тоже на что-то может сгодиться. И он вывез его во Францию, где пацан не только прошел конфирмацию и принял имя Карл, но и тут же, в семилетнем возрасте, женился на Бланке Французской, дочери Карла 1, графа Валуа. Вот тут-то и началась жизнь.

Парень, просидев четыре года в изоляции, потянулся к учебе. А при французском дворе возможностей у него было – завались, поэтому он быстренько выучил четыре языка, кое-что из стратегии и тактики, кое-что из военного дела и стал вполне себе красивый и образованный парниша, тем более, что обладал явными литературными способностями, так что, поди, вирши девкам писал, а они в обмороки падали, при французском-то дворе.

А папаша, Ян который, тут про сынка и вспомнил, что сынок вырос. Вот он его в Италию и зовет в 1331 году. Повоевать, так сказать.

На месте Карла я бы призадумалась, потому что от папаши своего ничего он хорошего не видел, кроме того, что тот его сплавил ко французскому двору. А Карл поехал в ту Италию. С товарищами. Доехал хорошо, но в первый же день пребывания их чуть там не отравили всей компашкой. Несмотря на это, принял управление люксембургским государством, основанным папой в Верхней Италии. Но итальянцы же не дураки были, поэтому и выбили Карла оттуда, ратуя за свободу своих земель.

Иоанн так навоевался, что ослеп. Но это ему было глубоко фиолетово, он продолжал играть в войну. И Карла звал с собой. В той самой битве при Креси (на этот раз была Столетняя война), где малочисленная армия английского короля Эдуарда уделала превосходящие силы противника Филиппа 4 французского ). Хитрый англичанин использовал длинные луки, перебил лошадей и заставил французских рыцарей копошиться в болоте в тяжелых доспехах. И вообще, говорят, использовал артиллерию.

Наш Ян слепой, которому доложили, что дело швах, приказал привязать своего коня к коням двух рыцарей и ломанулся воевать. Их всех, конечно, порубили в лапшу, но воинской славой они покрылись. Карл четвертый, которого папашка тоже сагитировал на эту компанию, когда запахло керосином, удалился. И правильно сделал.

Теперь про семейную жизнь.

Карл был женат четыре раза и пережил трех из своих жен.
Про первую я уже упоминала – это была Бланка Валуа, которая родила ему двух дочерей и почила в бозе в 1348 году.

В 1349 году он снова женился – уже на немке Анне и не просто так, а чтобы помириться с ее родственничками Люксембургами, потому что это вам не коммунальная кухня, а ряд войн, а воевать Карл не любил. Эта дура, вторая жена, влюбилась в Карла до такой степени, что решила брак по расчету сделать браком по любви и приворожить супруга. А поскольку приворотное зелье – дело тонкое, то только чудо не дало отправить будущего императора Священной римской империи на тот свет. Прожила она недолго, умерла в возрасте 24 лет, родив мужу сыночка, который тоже промучился на этом свете всего один год.

Ну что ж, свято место пусто не бывает, и в этом же году король снова женится. А чтобы не путаться, опять на Анне, которая и родила ему сначала дочку, а потом сыночка, Вацлава, значит, четвертого, который и не удался. Но сразу это было непонятно, что неудался. Эта жена тоже недолго протянула, тоже только до 23 лет. Слабые они, какие-то были.

После смерти третьей жены, когда Карлу, видимо, надоело, что они все время мрут, он женился на Елизавете, польке по национальности. Уж выбирать – так выбирать. Супруга была женщина авторитетная, обладала большой физической силой, любила гнуть подковы и нарожала ему пять штук детишек, из которых во младенчестве почил только один. Зато старший из ее сыновей был чешским королем и императором Священной Римской империи и все время воевал с Яном Жижкой, этим нашим одноглазым орлом, который бил Сигизмунда несмотря ни на что.

А вот еще что – меня умилило, что у человека с литературными задатками такая слабая фантазия. Дети у Карла были. Много. Их звали (вот тут уже я пошла в Википедию) :
Девочки – Маргарита, Катрин, Елизавета(в честь мамы, поди, назвал), Анна (ну, две жены Анны было, и дочку так же) и (сюрприз) еще одна Маргарита. Мальчики – Венцель (быстро помер), еще один Венцель (он же Вацлав), Сигизмунд (вот это оригинально), Иоанн (вспомним папу), ну и Карл (кстати, тоже быстро помер). Ну, чего имен что ли, мало?

Кстати, сыновья Карла Четвертого Вацлав и Сигизмунд так и норовили подраться за престол. Иоанн в этом не участвовал, видимо, пошел не в деда. Но все трое так и померли, не поимев взрослых детей мужеского пола, сведя на нет все усилия папани по продолжению рода.
Уф. Даже я как-то утомилась

Зато Карл Четвертый хозяин был хороший. Строитель. И все, что строил называл своим именем – Карлов мост, например, или замок Карлштейн, или Карлов университет. И вообще, построил в Праге Новое место, Градчаны, сделал Влтаву судоходной аж до Эльбы, и развивал горное дело и земледелие. В память, наверное, о Пржемысле, который был каким ни на есть пахарем.

И круглосуточно собирал мощи, но об этом я уже писала. И, если не удалось купить, то тырил. Например, взял и отломал палец у мощей Святого Николая. Хотел по тихому заиметь еще один сувенир. А оттуда возьми, да кровь и пойди. Карл шуганулся, воровато оглянулся по сторонам и приставил палец на место. Палец, слава богу, прирос, что еще раз доказало святость вышеуказанного святого и дало возможность императору Священной римской империи избежать наказания за мелкое воровство.

Много, очень много сделал этот человек для Чехии, правда последние 17 лет правления с помощью взяток и шантажа пытался посадить после себя на трон Вацлава 4. Да, было нелегко, пришлось закладывать города и облагать народишко непосильными налогами. Зато, умирая, Карл оставил Чехию и Римскую корону Вацлаву (теперь-то мы понимаем, что погорячился), Бранденбург Сигизмунду и Иоанну – Лужицкие земли.


 
Tags: чехия
Subscribe

  • Родопи, розы, Сълнчев бряг - 24

    Вот он и наступил, наш последний день. Отъезд у нас вечером, поэтому нужно один из номеров продлить до полуночи. Решили наш, потому что у нас и…

  • Родопи, розы, Сълнчев бряг - 23

    Ну, вы же понимаете, я же вас предупреждала, что шопперы из нас никакущие, а время не ждет – поэтому 31 августа у нас было расписано следующим…

  • Родопи, розы, Сълнчев бряг - 22

    На следующий день потеплело, но первый же выкинутый наружу взгляд вернулся с образом штормового моря. А нам же на пляж! Ну ладно, все равно берем…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 6 comments