germafrodita (germafrodita) wrote,
germafrodita
germafrodita

Categories:

Летом про зиму



Снег падает очень медленно, неохотно. Иногда он падает сверху вниз, иногда по горизонтали, а иногда – правда редко – снизу вверх. Его падение можно хорошо увидеть в желтом свете уличных фонарей. На защитных колпаках лежат белые шапки, каждый фонарь освещает землю под собой ярким круглым пятном, а вся остальная улица между ними живет в неверном полусвете, мареве из сумрака и снега.

Вот уже час я стою у окна и смотрю на улицу. Слой снега на подоконнике растет прямо на глазах, но меня интересует не это. Мне семь лет и я жду. Сегодня пятница и должен приехать папа. Я представляю – вот он вышел с работы, сел в метро, доехал до вокзала. Электричка с выстуженными прокуренными тамбурами, и покрытыми изморозью стеклами. Невнятный мужской голос, как будто жующий что-то сильно засохшее и при этом сорванный и простуженный. «Осторожно, двери закрываются. Следующая станция – Колпино».

Потом папа спустится с платформы, пешком через площадь, четыре остановки на автобусе – и вот он уже должен идти через сквер, мимо магазина «Мясо.Рыба», миновать один, другой, третий фонари и появиться под этим, на который я уже так давно смотрю. Именно у этого фонаря папа свернет на узенькую асфальтовую дорожку с двумя скамейками, которая идет к парадной, прорезая палисадники.

К ноге прижался теплый бок. Кот. Он пришел и сел рядом, привалившись всей массой, заставляя коричневые хлопчатобумажные колготки сползать по ноге еще ниже. Я ненавижу эти колготки, которые обязательно собираются складками на щиколотке и под коленками и которые нужно подворачивать на талии, чтобы они не висели на попе отвратительным коричневым мешком.

Кот делает вид, что он занят какими-то своими мыслями, щурит на люстру зеленые глаза, утробно мурчит и выпускает когти прямо мне в ногу, пронзая узорчатую вязку латышских тапок. Он белый, пушистый, теплый. Чутко подрагивающие уши просвечивают розовым. Толстый хвост мотается из стороны в стороны, обвивая каждый раз мою щиколотку.

Прохожих на улице очень мало – Колпино небольшой городишко, в это время все уже сидят по домам у телевизоров. Поэтому, если расфокусировать зрение и посмотреть сантиметров на десять за оконное стекло, можно получить совершенно сказочную картинку – снежную, безлюдную, размытую.

Стою и строю планы на выходные. Сегодня приедет папа, останется ночевать. У меня завтра всего четыре урока. После школы быстро-быстро домой, бросить ранец, переодеться и на вокзал – в город, там нас будет ждать мама. А в воскресенье, до того, как нужно будет возвращаться к бабушкам, школе, урокам, мы обязательно пойдем в кино или в музей. Или просто гулять. И все это время будет нарастать томительное ощущение, что время уходит, просыпается как песок сквозь пальцы. Прямо в воскресенье с утра начинается обратный отсчет – до семичасовой электрички осталось 10 часов, 9, 8, 7…

Мама всегда старается приготовить в воскресенье что-нибудь вкусное, но обед уже отравлен ожиданием неизбежного расставания.
Потом мы соберемся с папой и поедем на Московский вокзал. Разговаривать не хочется, на улице уже опять стемнело, но это не веселая сказочная темнота ожидания. Папа будет всячески отвлекать меня, мы будем играть в балду, в вопросы, в слова. Он купит мне запрещенный жареный пирожок с мясом на вокзале – очень вкусный. И снова электричка – холодные деревянные скамейки, прокуренный тамбур, если удастся занять место около окна, можно пристроить голову к стенке и подремать, через щелки век наблюдая за проносящимися во тьме огоньками.

Папа разбудит меня и мы выйдем на перрон. Он осторожно, за руку, поможет мне спуститься по обледенелым ступенькам, а у меня в это время в голове пусто, звонко и темно. Я тащусь рядом с ним, открывая глаза на каждом четвертом шаге. Холодно, ноги замерзли, и в черепушечной пустоте возникает вожделенная картинка. Вот было бы здорово поставить тут, прямо посреди этой широкой пустоты, раскладушку. И лечь на нее, закутавшись поверх сапог, шубы и шапки в большое пуховое одеяло, оставив только маленьку дырочку для воздуха. И смотреть из теплой глубины одеяльного нутра на желтые фонари, на прохожих, которым неуютно и холодно. При желании делать дырочку побольше и вдыхать морозный хрустящий воздух, а, надышавшись, опять уползать в теплую глубину. И вообще, хорошо бы быть медведем….

Но это все начнется еще завтра. А сегодня я стою у окна и переживаю – может, папа решил пройти вдоль стены дома, по узенькой дорожке, тогда я его не увижу. Почему его еще нет? Он опоздал на электричку? Или вообще решил сегодня не приезжать? А, может и завтра? Вдруг у них какие-нибудь неотложные дела, в которые меня включить совершенно не получилось?

Сердце екает и падает в желудок. Я нервно переступаю с ноги на ногу, под пятку попадает пушистый хвост. Кот утробно мявкает и, пару раз пробуксовав когтями по доскам пола, удирает в темную кухню. В один прыжок оказывается на пенале и оттуда светит своими фарами, растворяясь белым на фоне белого потолка.

На глаза наворачиваются слезы – ну как же, я бедная, бедная, брошенная всеми сиротка. Становится еще жальче себя, прислоняюсь лбом к холодному стеклу. «Блям!». Это что, звонок? Папа?!!!

Несусь в невозможно узкий коридор, отталкивая бабушку и спустившегося на пол кота, не спрашивая открываю дверь и прыгаю, роняя тапки, прижимаясь лицом к серому сукну пальто. Пальто папино необычное, ни у кого такого нет – сшито оно в ателье и у него нерповый воротник. Шкурку нерпы привезли с севера, редкая вещь. Снег на воротнике не лежит, скатывается. Папа смеется, пытаясь как-то повернуться в узеньком коридорчике.

Ну вот, теперь, кажется, все будет хорошо.


Tags: автобиография
Subscribe

  • Мы - связисты (2)

    Второй юноша был гораздо гораздее. В смысле, говорливее, веселее и, что уж говорить, симпатичнее. Он сидел на краю кафедры, рассказывал разнообразные…

  • Мы - связисты (1)

    Николай Александрович, сделав значительное лицо, проверял у нас качество пошива ватно-марлевых повязок. Повязки, надо заметить, были так себе.…

  • Давайте выпьем, господа.

    Как-то так получилось, что в моем золотом детстве мы никогда не ездили отдыхать втроем. Типа, папа, мама и я . Обязательно собиралась компания,…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 40 comments

  • Мы - связисты (2)

    Второй юноша был гораздо гораздее. В смысле, говорливее, веселее и, что уж говорить, симпатичнее. Он сидел на краю кафедры, рассказывал разнообразные…

  • Мы - связисты (1)

    Николай Александрович, сделав значительное лицо, проверял у нас качество пошива ватно-марлевых повязок. Повязки, надо заметить, были так себе.…

  • Давайте выпьем, господа.

    Как-то так получилось, что в моем золотом детстве мы никогда не ездили отдыхать втроем. Типа, папа, мама и я . Обязательно собиралась компания,…