germafrodita (germafrodita) wrote,
germafrodita
germafrodita

Categories:

Литва как она есть.Вильнюс. День последний.

Нужно, господа, входить в Новый год без долгов. Поэтому - часть последняя.
 
 
Девушки – официантки тоже достаточно странные. Вернее, отстраненные. Для того, чтобы сделать заказ, нужно долго отлавливать искомое, потому что это искомое самоуглублено. Или созерцает струящиеся воды или безоблачную даль. Или беседует с коллегой о высоком. Кстати, две из трех пар беседующих официанток общались по-русски. Есть, все-таки, в нашей нации что-то медитативное. Хотя бы, нежелание работать.
Сортирную тему обойти невозможно, но в этот раз она была изучена посредством Сони. Ребенок заявил, что она «сама все найдет» и удалился в дебри республики. Не было ее очень долго, я уже стала волноваться. Но нет, особых причин для волнения не было – она вернулась. Задумчивая. Подошла, села тихо как мышка рядом со мной, и говорит: «И все-таки, там у них очень все загадочно…». В чем странности не объяснила, а я специально оставила этот вопрос на будущее.
 
Ну что ж, нужно двигаться дальше. Но перед этим хотелось бы расплатиться. Ни одну официантку в состояние хотя бы близкое к финансовым расчетам привести не удалось, поэтому мы по-простому посчитали все сами, прибавили чаевые и оставили деньги на столе. Может, найдет какая…
 
По республике Ужупис побродить не удалось, поскольку время уже сильно поджимает и нужно успеть хоть что-нибудь еще . Хотя желание на какое-то время окунуться в практически свой шизанутый внутренний мир остается. Пожалуй, там можно найти место, созвучное любому настроению – и впасть в медитацию.
 
Пока мы двигались к нашему пежику, Вайдас испарился вместе с Соней. Удивленные родители в виде меня и Хованова стали пытать аборигена в виде Дианы, куда же они смылись. Оказывается, Вайдасу срочно понадобилось что-то на работе и он, забрав ребенка, ненадолго ломанулся туда.
 
Честно говоря, меня мучил один только вопрос – посадит он Соньку за руль или поедет сам. Как вы уже, наверное, поняли, однозначного ответа у меня не было.  С каким же облегчением увидела я у подножия телебашни подъезжающий смарт и Сонькину мордаху на пассажирском сиденьи!
 
К телебашне мы направились не просто так. Что уж говорить, если мы так креативно провели день, то и поужинать нам не светило на земле. Тем более, что Диана дома не готовит. По нескольким причинам. Первая из причин – оба работают, устают и вечером стоять у плиты совсем не комильфо. А если уж кто и стоит у плиты в редких случаях самостоятельного приготовления пищи – так это Вайдас. Естественно, он же мужчина, значит у него получится лучше. Интересно, почему мне так понравился этот подход?
 
Вторая причина гораздо более банальная. То место, где они живут – съемная квартира, доставшаяся им по знакомству за небольшие деньги. И готовить в ней не хочется. По большому счету и жить в ней не хочется, но пока идет строительство мансарды в центре, которой занимается Вайдас, жить где-то надо. Несмотря на сумасшедшую хозяйку квартиры.
 
Когда Диана рассказывала о тяготах своего быта, я просто поражалась ее долготерпению. Я все понимаю, можно сдать квартиру за небольшие деньги, но при этом приходить в любое время дня и ночи и открывать дверь своим ключом, чтобы живо поинтересоваться бытом жильцов, все же как-то странно. А когда к Диане приехал на одну ночь ее отец и, соответсвенно, переночевал, он был застукан хозяйкой во время прохода из ванны на кухню. Что послужило толчком к справедливым упрекам – «вы мне тут весь паркет протоптали и машина стиральная от дополнительного комплекта белья запросто сломается». Поэтому мы ночевали втроем (о боже!) очень конспиративно. Чтобы, не дай бог, нас не узрела домовладелица.
 
По причине страшного нервного кризиса, Диана не общается с хозяйкой, и все эти сложности переадресовала мужу. Мужу пофиг веники, он изображает из себя веселого мишку Гамми и на все претензии пожилой дамы отвечает улыбкой от уха до уха и ни к чему не обязывающей трепотней. На этом месте мы поняли, почему ни Регина, ни Таутвидас не знают адреса своего младшего сына. Правильно, потому что они ни разу там не были. И Адас с Иолантой не были. И вообще никто, кроме Дианиного отца и нас, грешных, там не появлялся.
 
Да, вернемся к ужину. Грандиозная громада телебашни оснащена лифтом. Если ты просто поднимаешься на лифте на смотровую – платишь 40 литов. Если к тому же заказываешь комплексный ужин – три или четыре меню на выбор – то 10 литов за подъем и 30-40-50 за ужин. То есть, выгодней все же поесть.
 
Ресторан на верхушке заполнен, но не забит. Народ постепенно подтягивается. Дорожка, на которой находятся столики, движется очень неспешно, настолько неспешно, что практически незаметно. Красиво, конечно, зелено. Правда, когда наблюдаешь сверху за красными крышами, настроение гораздо более праздничное, чем когда смотришь на серые кубики стандартных девятиэтажек. Я четко осознала, что мы находимся на движущей ленте, когда поняла, что табличка «Фотографировать запрещено» появляется за нашими спинами только в тот момент, когда ее вижу я. Когда оборачивался наш главный папараццо Хованов, табличка уезжала за поворот.
 
Потом и вовсе стемнело, чернота под ногами раскрасилась фонариками, автомобильными огнями и разнообразной рекламкой. Мальчики как всегда вперлись в политические разговоры, а Диана рассказывала, как женились Адас и Иоланта. Оказывается, как это принято у Гельжинисов, это было скоропостижное мероприятие. То есть, Таутвидасу что-то стукнуло в голову, и Адас с Иолантой сочетались браком у знакомого священника – ни колец, ни свадебного платья, ни гостей. И это не значит, что они только познакомились – в Литве приняты долгие ухаживания, например Миндаугаса я помню еще школьником, когда он заходил за Витой, чтобы идти на какую-то вечеринку. И Диана сказала Вайдасу – Ша! Все что угодно, но только не такая свадьба, как у Иоланты! Поэтому было и платье, и костюм, и кольца, и гости. 
 
Переночевав в съемном помещении (тут уж Вайдас похвастался Славе своим фотоаппаратом – а чем не повод помериться аппаратами?), позавтракав омлетом с черным хлебом, который нам изобразил (кто?) правильно, Вайдас, мы поехали на вокзал. С трепетом, потому что билетов у нас попрежнему не было. А виза заканчивается в 12 часов ночи.
 
О чудо! Билеты нашлись. Правда, это были все верхние полки и в разных концах вагона. Ну и наплевать, в конце-концов, какие мелочи, зато мы уедем сами, не подвергаясь депортации.
Оставшиеся до поезда часы хотелось провести с пользой. Поэтому Вайдас, уже севший на водительское место в пежике (машину мы оставляли ему) выбросил нас на том конце проспекта Гедиминаса, где он утыкается в набережную Няриса. Вот оттуда мы и пойдем гулять к вокзалу, возьмем оставленные там шмотку и отбудем, помолясь.
 
Когда мы быстро порыдали друг у друга на груди при расставании, Слава решил запечатлеть провожающего нас представителя Гельжинисов. Пока он распаковывал фотоаппарат, Вайдас нижтоже сумняшеся взгромоздил свои сто с лишним килограммов веса на крышу пежика. Пежик только печально пискнул. Я решила, что наши усилия по доламыванию машинки были мелочью по сравнению с этой акцией. Как ни странно, мелкий старый автомобильчик после этого издевательства даже завелся и уехал.
 
А мы пошли гулять. Первым историческим зданием, которое встало на нашем пути, был литовский Сейм. Он был очень нарядно украшен с одной стороны фонтаном, представляющим собой некую ступенчатую конструкцию, по которой льется вода. Ступеньки уходили куда-то в джунглеобразные заросли. Сразу вспомнились Кецалькоатль, ацтеки и их пирамиды. А вот с другой стороны он был украшен кучей бетонных блоков с надписями, как выяснилось, остатками баррикады 1991 года.
 
Каждый раз меня радует здание театра на проспекте. Театр драматический, но я до сих пор не понимаю, к чему на нем три летящих валькирии в национальных грузинских нарядах. Причем, с золотыми лицами? Ей-ей, кажется, что когда ни пойди, покажут тебе что-нибудь страшненькое в этом театре. Впрочем, я никогда не была, всегда наблюдала только снаружи.
 
Ремонт идет и здесь. Но очень цивилизованно. Больше всего меня радовали пожарные гидранты. Они нарядные, синие и красные, свежевыкрашенные, с ярко блестящими на солнышке серебристыми деталями.
 
И опять – не все коту масленица. Литваки – это местные литовские евреи. Когда-то их было очень много – то ли пятая, то ли шестая часть всех жителей Вильнюса. И вот огромный дом с цоколем из гранитных плит. На каждой плите – имя, фамилия, годы жизни. Года рождения разные, а вот года смерти – 1945, 1946, 1947. И так на каждой плите… И ощущение вдруг такое – острое. Как на Пискаревке. Когда ничего лишнего – ни портрета, ни прощальных слов, только имена, имена, имена.
 
Большие дорогие магазины на проспекте Гедиминаса убраны под особняки. То есть, на проспекте стоит нормальное четырехэтажное здание, входишь в него в нормально отреставрированную дубовую дверь, а вот уже там, за дверью, начинается разгул бутиковой стихии. Эскалаторы, витрины,стекло, многоэтажность, странные фонтанчики на полу – красиво и дорого. Дорого и красиво. И у нас такого много. Типа, Пассаж.
Мы зашли полюбопытствовать, но купить ничего не купили. Мы с жабой решили, что поездим по этажам задаром – и хорош. Полюбовались на девушку в футболке, джинсах, кроссовках и с роскошной белоснежной фатой на голове.
 
Здание напротив магазина радовало глаз балкончиком. Хороший всем балкончик с дыркой посередине, причем дырка была не просто, а изображала из себя нечто вроде направленной воронки. Я предположила, что это сделано для того, чтобы выходящие на балкончик падали не на головы пешеходам, а уж сразу под колеса быстро мчащемуся транспорту. Кстати, где он, этот транспорт? А нету. Потому что выходной. То есть, проспект Гедиминаса стал пешеходным. А вот и загородки – проезжая часть перегорожена столбиками. Естественно, мои гамадрилы по примеру Вайдаса (а плохой пример гораздо заразительнее хорошего) вперлись на столбик. Столбик медленно поехал вниз, потому что он пневматический. Пришлось хватать орлов за руки и птицей-тройкой выбегать на Кафедральную площадь.
 
А на Кафедральной площади гуляет свадьба. Жених с невестой в белом и блестках, подружки невесты все в ярко-ярко-зеленом и тоже в блестках. На друзьях жениха галстуки из тряпочек, оторванных от подолов подружек невесты. Празднично. Правда, что меня поразило больше всего, так это букет невесты. Чтоб я, например, вышла замуж с букетом, в котором только каллы? По мне, это скорее похоронные цветы. Хотя черт его знает, как она там сложится, семейная жизнь?
 
И вот мы на Замковой улице, то есть улице Пилес. Вот самое раздолье туристам. Настолько все красиво, игрушечно, приятно-кофе-пахнуще. А какие сувенирные безделушки, а какие деревянные приспособки, а какое вообще все! Поскольку хочется купить всего, не покупаем ничего. Зато нам играют музыку – и на флейте, и на гитаре, и на аккордеоне. Кстати, Хованов сразу ломанулся сыпать деньги девушке с аккордеоном. Аккордеон был большой, девушка хрупкая, мордашка у нее была зело симпатичная, так что его сразу потянуло налево. И как он со мной столько лет живет?
 
Мне девушка тоже понравилась, хотя играла она так себе. Но еще больше мне понравилась собака. Собака была похожа на лису. Рыжая, остромордая, а по хитрющей роже так и хотелось настучать. Превентивно. Я попросила Славу сфотографировать, но нужный ракурс от него убежал.
 
Ну что – гулять там можно бесконечно, а у нас все-таки поезд. Пора двигать к вокзалу. Двинули и через пару шагов оказались в самом настоящем Вильнюсе. Он был не игрушечный. Он был живой. Затерханные стены, какие-то лавочки со спящими бомжами, рынок, кишащий людьми, пыльные стекла, вместо европейских элегантных кафе – простецкие закусочные. Люди, которые идут по своеобычным делам. Быстро, не глазея по сторонам. Зато, господа, особнячок там стоит недалеко от рынка. Двухэтажный, небольшой. Написано – продается. Эх. Были б деньги, я б купила. Там всего-ничего косметического ремонтику – и живи не хочу.  В скверике рядом с особняком на скамейках сидят бабушки. А в центре скверика на металлической скамье сидят две металлические бабушки. Огромные. Видимо, указатель – сквер для сидящих бабушек. Чтоб не перепутать.
 
Добираемся до вокзала. Забираем вещи из камеры хранения и я повторяю свой эксперимент с эскалатором. Ну, так и есть. Точно, с нижнего этажа на верхний добраться одним и тем же путем невозможно. Тем более, что для усложнения задачи, на время отключают эскалатор вверх. То есть, этот квест все время усложняют.
Время ожидания было недолгим – и вот она, объявлена посадка.
 
Перед нами на паспортном контроле семья – мама с дочкой. Дочке примерно лет тридцать, маме слегка за полтинник. И на эти два лица у них двадцать чемоданов. А поезд, между прочим, стоит всего пятнадцать минут. Что они там везли, неизвестно, но у них хватило ума нанять местного дяденьку бомжеватого вида, который кантовал им эти чемоданы.
 
Билеты у нас в девятый вагон. Помните - «А проводница второго девятого вагона говорит: «Мой вагон пустой!»? Так вот это не про нас. Наш вагон полный, но проводница та же. То есть и вагон девятый и проводница в нем не поменялась. Обрадовалась нам, как родным. У нас три полки – и все верхние. Я их честно застелила и легла. Дальше не помню. Даже прохождение таможни в каком-то тумане. Как рассказывал Слава, Сонька развлекалась с какой-то трехлетней девочкой всю дорогу. Ну и славно, наверное, мама девочки была рада. А мы движемся к Питеру. И я опять хочу в Литву. 

Добрый Слава сделал несколько слайд-шоу. Очень рекомендую. Поскольку по Литве мы ходили не далее, чем в десяти метрах друг от друга, то вот вам и иллюстрации к моим байкам. Всех целую.
http://hovan.livejournal.com/67423.html

Кстати, не могли бы чирикнуть одно слово те герои, кто дочитал до конца? Мне было бы приятно.
 
Tags: Литва, литва
Subscribe

  • про 9 мая

    Было это в давние-давние времена, когда я с утра и до ночи вспахивала ниву туризма и жизнь моя была тяжела и малопросветна. И вот однажды поступает…

  • Кафе в полуподвале

    Тут как-то возмутительный пост пролетал. Про то, как из какого-то кафе попросили удалиться мужика в инвалидной коляске. Вместе с сопровождающими,…

  • фейспалм в туризме

    Всем известно, что никогда не ошибается тот, кто не работает. Следовательно, ошибки были и в моей туристической работе на этом непростом поприще. А…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 10 comments

  • про 9 мая

    Было это в давние-давние времена, когда я с утра и до ночи вспахивала ниву туризма и жизнь моя была тяжела и малопросветна. И вот однажды поступает…

  • Кафе в полуподвале

    Тут как-то возмутительный пост пролетал. Про то, как из какого-то кафе попросили удалиться мужика в инвалидной коляске. Вместе с сопровождающими,…

  • фейспалм в туризме

    Всем известно, что никогда не ошибается тот, кто не работает. Следовательно, ошибки были и в моей туристической работе на этом непростом поприще. А…