germafrodita (germafrodita) wrote,
germafrodita
germafrodita

Category:

Литва как она есть.Каунас. День третий (вторая половина)

Любимый мужчина тоже пишет путевые заметки. И, наверняка, складывает в них фотографии. Но!
Моих записок сумасшедшего он не читает, и я не читаю в ответ, поэтому гарантировать не могу. Вот допишем до конца - то-то будет интересно. А мне фотографии вставлять не с руки, потому что времени на это уходит много, а я и так уже подзадержалась, боюсь, многое забуду. Потом дам ссылки. Или сходите, у него посмотрите. 

...Конечно, по пути я запросила кофе. С утра я уже успела утоптать свое давление до самого минимума, поэтому оно нуждалось в срочном повышении. Кафешку мы нашли в непосредственной близости от замка. Народу там почти не было, поэтому мы с комфортом сначала налили в себя некоторых жидкостей (мы со Славой – кофе, а Сонька – соку), а потом с неменьшим комфортом привели организмы в соответствие. 

(Вот что в Литве особенно приятно – это туалеты. Ну вот чисто там, душевно. И бумага есть, и мыло, и полотенца. И слив работает, и вода в раковине – горячая и холодная. Не помню, кто сказал, что уровень цивилизации можно определить по сортирам, но я с ним полностью согласна. )
 
Народу в заведении было немного – совсем чуть-чуть. Внутри сидели три человека, да сразу после нас забрела парочка, судя по виду, английских студентов. Ну, может и не английских, но очки у них явно были из туманного Альбиона. Мирно поспикав между собой и решив какие-то свои, одним им ведомые проблемы, молодые люди пошли заказывать еду. И что бы вы думали? С барменшей они говорили на хорошем русском языке! Не без легкого акцента, конечно, но на русском. В Литве. И барменша им отвечала на русском. А что там у нас говорит статистика? Какой-такой язык международный? Пусть не путают, я теперь знаю – какой.
 
На месте слияния Няриса и Нямунаса стоит  Каунасский замок, который злонамеренно настроенные враги планомерно пытались разрушить, начиная с 14 века. Достоверно неизвестно, когда же он был построен, но первое упоминание о замке было в 1361 году, когда его захватили германские крестоносцы и, как и 
положено настоящим тевтонцам, записали на скрижалях сведения об этой славной победе. То есть, построен он был гораздо раньше. Так вот – разрушали его, разрушали. И в конце-концов им это удалось. От замка остались рожки да ножки, которые на данный момент слепили во что-то более-менее похожее на замок.
 
Замок  работал до пяти часов. Мы быстро-быстро направились к главной башне, причем Слава пошел как положено нормальному человеку по дороге, а мы с Сонькой – по тропинке через ров. Больно уж приятно она смотрелась – пологое дно рва поросло ярко-зеленой травкой, напоминающей длинноворсовый палас. Сам замок, честно говоря, не представляет из себя ничего особенного. Дополнительной радостью для молодежи Каунаса стало восстановление крытых галерей между башнями. Судя по хохоту, разговорам и валяющимся бутылкам, это популярное место времяубивания местных тинейджеров. Правда, когда идешь вдоль стены, их почти не видно.
Пришли мы вовремя, купили билеты за какие-то очень небольшие денежки, причем Сонька у нас пошла как дошкольник. Правда,   посмотреть там было нечего, кроме панорамы города, которая открывалась с верхней застекленной площадки. Еще там же, в большом пустом помещении, сиротливо стояли несколько синеньких пластиковых стульчиков. Видимо, если кому-то захочется помедитировать.
 
Обежав галопом так называемую экспозицию, мы поняли, что уже почти умираем. У меня хватило дурости спросить Соньку, не устала ли она.
 
Вот странно устроен мой ребенок. Например, последняя поездка в Гатчину. Сонька встала рано, позавтракала часов в девять утра, после чего мы долго собирались, отстояли во всех пробках, погуляли по Гатчинскому парку (причем Сонька, ни слова не говоря, таскала со мной на пару штатив от фотоаппарата), она потанцевала на плацу и тут... В общем, когда я подняла голову и увидела часы на башне, мне пришло в голову, что к четырем часам ребенок уже вроде должен бы был проголодаться. И я ее об этом спросила. Чистый, рафинированный восторг, вызванный моим вопросом, вылился в срочные поиски едального заведения. Девочка шла, конечно, героически, но под нос себе шепотом бубнила: «Как я хочу есть. И пить. Мамочка, давай я буду только хотеть есть, а ты будешь хотеть пить, а то одной мне это не вынести.» А до этого – и признаков не подавала.
 
Так вот, спросила я Соньку, не устала ли она. И выяснилось, что так устала, что ого-го, а идти до стоянки еще тоже ого-го. Да еще неплохо бы перед ого-го посидеть хотя бы пять минут, но тут пошел дождь. Мы спрятались под липы. Народу в обозримом пространстве мало, две девушки с велосипедами, которые тоже сначала тусовались под липами, но потом переместились в нишу крепостной стены.
 
На другой стороне рва монастырь. Католический.  Называется бернардинский, дай им Бог здоровья, хоть я и ничего не знаю про этот орден. Огромное мрачное сооружение красного кирпича – это, вроде, собор святого Юргиса. Не могу сказать, что уж сильно пламенеющая готика, Но пару готических романов там можно было бы написать, поскольку мрачность заброшенного католического собора неработающего монастыря, леденит кровь. Двери, ведущие в собор, радовали полуобсыпавшейся краской и были закрыты так крепко, что сомнений в невозможности их открыть не возникало.
 
И тут откуда-то со стороны Дома Пяркунаса вышла женщина (прилично одетая, туфли на высоком каблуке, моих, примерно, лет). Единственной странностью в ее облике была прическа или парик, достаточно объемный, ярко-белого цвета. И она с радующим душу энтузиазмом стала ломиться в запертую дверь. И долго ломилась. А потом скрылась в странном направлении – ушла в сторону Няриса, где и города-то нет. Наверно, ночью еще придет. Явно, какая-то вампирская штучка, но близко мы ее не рассматривали.
 
 
Вот так, нарезав пару кругов по старому городу, мы вывалились опять к «Белому лебедю». То есть, на Ратушную площадь. И нам опять было красиво. Хоть ратуша была закрыта, зато рядом с ней в земле  - очень красивый канализационный люк. На люке изображен бычок, которому какой-то Мюнхгаузен выстрелил между рогов нательным крестиком. Как известно, крестик потом рос-рос и выросло… Ну, что выросло, то выросло. Короче, белье на таком кресте хорошо сушить.
 
Для страждущих там есть фонтанчик с питьевой водой. С собачками. Собачки крупные, морды до желтого отполированы. И написано – «Экологически, мол, чисто. Пейте, люди добрые.».
А мы что, хуже людей? Дом Пяркунаса мы тоже осмотрели. И хоть и говорят, что это одно из значительнейших явлений готики, впечатления он на меня не произвел. Домом Пяркунаса это строение, бывшее и складом купцов ганзейской гильдии, и иезуитской церковью, и художественной школой, называется потому, что, говорят, при постройке (пятнадцатый век) в одной из стен была обнаружена статуя того самого языческого Грома. Ну, не знаю, не знаю, близко подойти нельзя, поскольку все за забором и с охраной.
 
А еще в Каунасе есть церковь святого Николая. Говорят, один германский кардинал (тот еще был шалун) обещал индульгенцию всем жителям Каунаса, пожертвовавшим на ее строительство. И, мало того, что индульгировал население, так еще и заманивал жертвователей перспективой  - ежели чего, то провести в чистилище на 100 дней меньше всех остальных. Вот на что только не идут рекламные агенты. Кстати, документ этот совсем недавно передали Литве (совершенно бескорыстно) немецкие архивариусы.
 
Короче, когда мы подошли к церкви Витаутаса Великого (она же Элла Кацнельбоген), в смысле, Церковь Вознесения Девы Марии, ноги нас уже не несли. Правда, попрежнему мне нравится спуск от ратушной площади к реке – просто праздник какой-то. Плавный изгиб мощеной булыжником улицы к реке празднично украшен знакомой мулькой – вот она, линейка наводнений! Как всякому коренному питерцу мне приятно. При подходе к набережной улица выпускает из себя направо и налево два таких же лекальных булыжниковых подъема, огражденных с двух сторон каменными стенами. Есть в этом конкретном месте что-то очень театральное.
 
 И поволоклись мы прямо по набережной к нашей стоянке на крыше торгового центра. Обозрели по пути пару заброшенных памятников советской архитектуры, напоминающих своей массивностью скелеты бронтозавров. Огромные многоэтажные здания пялятся на улицу провалами пустых окон. Никому не нужные серые бетонные чудовища, наследие советского периода.  Вот сколько смотрю на литовцев – все равно это хуторяне, в каком бы большом городе они не жили.  Тяготеют к малым формам со свободным рисунком. Индивидуалисты. Такие монстры им не нужны совсем. То есть нахрен.
 
Забрали свой пежик и двинули к дому Адаса. И там нас встретили опять так, как будто мы там живем.
 
 
Вставка.
 
Я предупреждала, что у меня склероз. Вот, я почти уже выехала из Каунаса, а вспомнила, что забыла рассказать о посещении одного примечательного местечка, куда мы попали, добираясь из Тракая на хутор. Мы ж не сразу на хутор поехали. Бабочек ловить. Не-е-ет!
 
Мы поехали к «Чертовой яме», которая находится у городка Аукштадварис. Естественно, вокруг такого замечательного явления природы есть легенда. Хотел черт развлечься, нарыл камушек и понес на церковь бросать. Но камушек был большой, поэтому черт шел медленно и не успел, бедолага. Петух закричал, черт дематериализовался, камень упал – вот тебе и ямка. Ничего себе ямка, глубокая, метров с сотню. Такой перевернутый конус, усеченный болотистыми отложениями. Болотистые отложения ярко-зеленого цвета, что придает яме нарядный вид. Или еще говорят, что это метеорит упал. Метеорита, правда, нет, но и на Тунгуске его не нашли, так что чем богаты, тем и рады.
 
Естественно, детей потянуло в ямку. И вот литовские дети – Эляна, Матас, Титас и мои -  Соня и Слава, презирая туристическую тропу, которая спиралью спускается на дно, где на полусогнутых, а где и на попе, ползут вниз. Зачем? А чтобы весело пыхтя залезть потом наверх. В это время я, Адас, Иоланта и самая младшенькая – Милда – любуемся ими со смотровой площадки. Адас, в лучших традициях семьи, поставил дочь на хлипкие перила, находящиеся на уровне груди взрослого человека (а вниз, напоминаю, сотня метров) и чуть отошел. Нежная мать Иоланта, бравируя своей беременностью, отказывается брать дочь на руки. Я вообще в их процесс не суюсь, хотя и страшно боюсь. Милда насупила брови и спрыгнула сама. Тут нас стали окончательно заедать комары, которые в Чертовой яме были чертовски назойливы и кровожадны. Дождавшись возвращения литовских и русских детей из преисподней, мы загрузились в машину и двинулись в сторону хутора.
 
Конец вставки.
 
 
 
Потратив некоторое время на обсуждение наших дальнейших планов, и велев хозяевам не тешить себя мыслью, что мы уехали навсегда,  наша веселая компания направилась в сторону Куршской косы. Так как выезжали мы из Каунаса уже вечером, в девятом часу, то наши умные головы разработали следующий план. Сразу в Клайпеду мы не попадали, потому что наш пежик даже после долгих уговоров хотел ехать только 80 километров в час. И быстрее не хотел. Причем иногда так забавно порыкивал, что не за горами была возможность снижения и так уже небольшой скорости.
 
А вот жилище Виты и Миндаугаса со детьми находится как раз по пути. В некоем селении под названием Ариогала, где они и процветают в доме, который спроектировал младший братишка, а изобразил, как всегда, рукодельный Миндаугас.
 
Хороший такой домик, как всегда полы из доски, но стеклянная стена всего одна – Вита рассказала, что еле удалось отбиться, объясняя брату, что если сделать в доме на первом этаже три стеклянные стены, то проще участвовать в шоу «За стеклом».
 
Конечно же, вы не думаете, что они испугались нашего приезда? Нет, ни капельки. Хотя мы в лучших традициях осчастливили их своим появлением И угощали нас опять волшебной селедкой. И какой-то страшно вкусной наливкой, которую даже я попробовала.
 
Перед домом растет дерево. Раскидистое. При ближайшем рассмотрении оказывается грецким орехом, обвешанным (вы не поверите!) грецкими орехами. На крыльце дома стоит сиротливый зигокактус и пугает входящих количеством бутонов, собравшихся раскрыться. Про кактус Вита сказала, что это приданое Миндаугаса – ей самой кактус очень не нравится, но как тут выкинешь единственное богатство бедной девушки. Тьфу, любимого мужа. Выставила, говорит, его на улицу (не Миндаугаса, конечно, а кактус)– может, сдохнет – нет, только разжирел и окопался. Вот цвести задумал.
 
Сидим, разговариваем. Миндаугас сейчас безработный. А в прошлом году был начальником цеха на заводе по производству элитных яхт и катеров. А сейчас уволился – ответственности много, говорит, лишней. А работу такому мастеру, как он, искать долго не надо. К тому же, он еще и не пьет, что сильно повышает его рейтинг на рабочем рынке.
 
Сидячий гамак висит прямо в доме. В нем постоянно болтается кто-нибудь из детей. Сдерживаемся, чтобы не согнать маленьких нахалов, не имеющих представления, как принимать гостей и не начать качаться самим. Как всегда по лестнице без перил поднимаемся на второй этаж. Но тут только Соньку сложили на пол. Нас сложили на кровать. А просто мебели очень много. Эти деятели мебелью заставили весь второй этаж, потому что у папы-Таутвидаса скоро будет готов гостевой дом-2 и ему понадобится.
 
Продолжение, как всегда, следует…
Tags: Литва
Subscribe

  • (no subject)

    Март, скажу я вам, был странен. Во-первых, папенька мой выступил в лучшем виде. Вот сколько раз я ему говорила: - Папа, будьте бдительны, читайте…

  • Друзья наши меньшие

    Иногда я категорически уверена в своей полной долбанутости. Например, знаю, что не одинока, называя неодушевленную бытовую технику по именам и…

  • Не держи в себе!

    Вот просто не могу не хвастануться - дочь моя Софья сдала Toefl, получила сертификат. Но сдала-то она его на С2. Это же уму нерастяжимо, без…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 4 comments