germafrodita (germafrodita) wrote,
germafrodita
germafrodita

Category:

Израиль. День четвертый. Ашкелон.


Утро было добрым. В смысле, Хованов окончательно оклемался и был готов к новым подвигам. Кроме подвигов, хотелось еще на пляж, потому что жить у моря и не купаться – это как-то, согласитесь, противоестественно. Особенно если вы живете у моря не постоянно.
После короткого совещания было решено поехать на пляж в Ашкелон, а заодно и просветиться как-нибудь. И мы двинулись.

Пара слов об израильских национальных парках. Их, вообще-то, шестьдесят три штуки. Вот так. Национальным парком может быть объявлено и что-нибудь размером с носовой платок, но хорошо бы там откопать какую-никакую древность.

На въезде в заповедник Леуми нас осмотрели две милые дамы в форме, одна из которых оказалась, к тому же, русскоговорящей. Они продали нам билеты и даже выдали карту заповедника, к сожалению, на английском языке. И мы двинули осматривать экспозицию.

Теперь я должна сказать пару слов об Ашкелоне. Местечко то еще. Во-первых, историки расходятся во мнениях и возраст Ашкелона предлагают считать от 5 до 3,5 тысяч лет. Нормальный такой разброс. А по непроверенным (да и кто бы их мог проверить) данным, в этом городе вообще родился Ирод Великий.

Ашкелон – это город порт древнего Ханаана. Причем не просто город, а один из значительных транспортных узлов. Богатый такой, экспортировал вино и зерно. А поскольку находился на пути из Египта в Сирию, то только ленивый его не завоевывал. Последовательно Ашкелон был завоеван ханаанцами, филистимлянами, финикийцами, иранцами, римлянами, византийцами, мусульманами и крестоносцами. И ничего! В 1991 году там археологи копали-копали и отрыли серебряного тельца. Да-да, того самого, совсем не от Лагерфельда, а от последователей Баала.


Первое, что открывается любопытному взору – это Ханаанские ворота. А рядом с воротами табличка, где черным по желтому написано, что длина ворот – 15 метров, ширина 2, а высота – 4. Для того, чтобы 15 метров ворот не обвалились, они поддерживались сводом, выложенным каменными плитами. И нам намекают, что это вообще самый древний обнаруженный свод такого типа. Хорошие были строители. И с крепостными стенами у них вообще было все прекрасно – вон как оклемавшийся Хованов жестом заправского экскурсовода на те стены показывает.


Ашкелон, конечно, был портом, но у него не было причалов – корабли подходили и вставали на рейде, а грузы доставлялись посредством мелких суденышек. И я их понимаю – в такой приливной волне рисковать нормальным, большим судном, не хочется. А шлюпы – ну, кто их считал?

Все остальные завоеватели сначала эти стены рушили, а потом сами же на их же месте такое же строили – потому что конструкция удачная – полукруглая стена с суши окружает город, с моря же он защищен почти отвесной скалой. Но это его не спасло. Во второй половине 13 века Мамелюки благополучно стерли его с лица земли. А восстанавливать город стали уже в веке 20.

Так, ворота посмотрели, на порт с высоты обрыва полюбовались, как и на 10 километров Ашкелонских пляжей. Едем искать амфитеатр. Но находим не амфитеатр, а пляж и площадку для пикников. Очень, надо заметить, культурошно – каменные столы с каменными скамьями, питьевые фонтанчики и места для разведения огня.


Но это мы потом рассмотрели, а пока промчались мимо – по карте, где дорога с односторонним движение опоясывает весь парк – мы хотели амфитеатра и базилики. Едем-едем. На очередном перекрестке наша тетя-навигатор показывает бестрепетно «движение вперед», а перед Евгеньичем красивым веером раскидываются четыре дороги.

По одной из них он и поехал. Метров сто, наверное, а потом дорога кончилась и о цивилизации говорил только указатель, обозначающий пешеходный маршрут. Я робко завякала, что, мол «надо бы возвращаться назад», но это было невозможно. Потому что какие-то кусты, камни и очень приличный уклон. Хованов железной рукой вел нашего такого же коня вверх, а конь ржал, пукал и издавал неприличные звуки коробкой переключения передач. Захотелось выйти, потому что «баба с возу», что я и предложила. Но гордый Слава отказался и, ломая крылья, теряя перья, мы вырвались на какое-то подобие дороги. Которая, кстати, проходила мимо искомого амфитеатра.

Не, не произвело на меня впечатления это строение. Новодел какой-то. Зато там прелестные цветочки. И еще Сонька показала нам, в конце-концов, израильский символ (израильтяне, вы не знали, что ваш символ – удод?). Удод оказался пугливым, мы его увидели, но сфотографировать не успели. Зато вдоль дороги можно было всласть налюбоваться руинками. Мы налюбовались и поехали ставить машину на стоянку у пляжа. Там, где площадка для пикников.


Выходим это мы из машины – и видим на песке странные следы. Вот такие.

Что за зверь такой? А вон и зверь – это юная девица, высоко поднимая коленки, ходит на роликах. По глубокому песку. С поддержкой.


Римская же базилика еще не осмотрена! Грандиозное, видимо, было сооружение – колонны стоят как на душу легло, но оградка большая. В оградке торчат куски колонн предыдущих завоевателей – а что бы вторсырью пропадать!


Тут к нам дедушка подошел в веселенькой кипе. В виде мишени, как заявила Сонька. Попросил его сфотографировать, что Слава с радостью и сделал. А мы к кафе ломанулись – очень кофе хотелось.

На сакраментальный вопрос: «Вы по-русски говорите?» барменша с улыбкой покачала головой. Отрицательно. Но пропасть нам не дали. Тут же к прилавку беркутом ломанулся мужичок нашего, примерно, возраста и, захлебываясь словами, закричал: «А? Что вы хотели? Вы что-нибудь купить хотели? Я переведу!». Добрый самаритянин почти что. И-таки перевел! А пока мы кофе пили, рассказал свою историю – он марокканец, работает в Израиле. И его коллегами на стройке оказались хохлы, напрочь отказавшиеся вникать в иврит. Пришлось парню выучить русский. В его речи был всего один недостаток – он периодически вставлял в предложения матюки, а у нас тут Сонька. Сонька краснела и утыкалась мордой в мороженое.

Ну все – кофе выпили, теперь на пляж. Пляжа, напоминаю, 10 километров, а купаться можно на 75 метрах. Там, где спасатели видят. Кстати говоря, они не такие нервные как в Хайфе. Хотя волна – вот она, ничуть не меньше. Ну и народу нет почти.


Добрались до дому. Сонька сушила волосы и тут добрый отец, чтобы привлечь ее внимание, дернул ее за хвост. А она одарила его вот таким взглядом.
 

Вечером наступил Рош-а-Шана. И мы встретили его хоть и без елочки, но с салатиком оливье – какой же новый год без салатика? Мы культурно посидели за столом, выпили-закусили, а потом уже развеселившаяся Ника повела нас в глубокой ночи на экскурсию по окрестностям.

«Вот здесь! – она значительно поднимала палец вверх – Ника делает спорт! Вся в спортивной форме и с плейером. Нет, я не бегаю, ни за что! Я делаю спорт быстрым шагом! А вот это тренажеры, где я тоже делаю спорт, но недолго!». Ника складывает свою длинную красивую ногу на перекладину лестницы и пытается изобразить из себя умирающего лебедя. Коварный Рош-а-Шана, вместе с салатиком оливье и выпивкой, активно мешает ей это делать. Выполнив пару подходов к лесенке и плюнув на нее, она критически замирает перед скамеечкой, на которой качают пресс. Потом резко рубит воздух рукой: «На фиг! Пойдемте делать спорт дальше, я вам покажу торговый центр, только он сейчас закрыт!».

Через пару метров на Нику снисходит понимание, что ситуация становится критической. Утром ей было видение – Ника подняла голову от подушки и увидела, как я, подпирая крутым бедром посудомоечную машину, остервенело перемываю гору посуды. Она разоржалась и чуть не свалилась с дивана.

«Галка, как же я без вас тут буду? Кто ж мне ручками посуду помоет? Все, решено, придется брать вас в рабство. Хвастаться потом буду – у меня, мол, рабыня Галина Александровна, которая с двумя высшими образованиями, очень ловко посуду драит – лучше машины!». В принципе, было бы и неплохо, но пришлось отказаться – я только-только выбралась из рабства производства и стала освобожденной женщиной Северо-Запада, так что даже к Нике в рабство уже не хотелось.

На низеньком заборчике каменной кладки сидела маленькая ящерка. Разве могла она подумать, что трое взрослых, умных людей потратят десять минут на то, чтобы отламывать веточки с кустов и прицельно кидаться ими, пытаясь согнать с места бедное животное! Ха-ха. Мы бы и дольше этим занимались, только попали наконец, поэтому и прекратили.

А потом нам на пути попался очень странный дорожный знак. Эти-то двое хоть на грудь принимали, а я, буквально, на трезвую голову – мы хохотали так, что прям были близки к опозориться! До дому еле добрались, но опять протрындели не буду говорить до скольки часов. Спокойной ночи.

Tags: израиль
Subscribe

  • (no subject)

    Март, скажу я вам, был странен. Во-первых, папенька мой выступил в лучшем виде. Вот сколько раз я ему говорила: - Папа, будьте бдительны, читайте…

  • Друзья наши меньшие

    Иногда я категорически уверена в своей полной долбанутости. Например, знаю, что не одинока, называя неодушевленную бытовую технику по именам и…

  • зараза

    Вот чувствую, это у меня карма такая. Сейчас, как женщина в короне, я себя очень прилично чувствую и опасна я только для окружающих. Ковид - опасная…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 44 comments

  • (no subject)

    Март, скажу я вам, был странен. Во-первых, папенька мой выступил в лучшем виде. Вот сколько раз я ему говорила: - Папа, будьте бдительны, читайте…

  • Друзья наши меньшие

    Иногда я категорически уверена в своей полной долбанутости. Например, знаю, что не одинока, называя неодушевленную бытовую технику по именам и…

  • зараза

    Вот чувствую, это у меня карма такая. Сейчас, как женщина в короне, я себя очень прилично чувствую и опасна я только для окружающих. Ковид - опасная…